Когда человек просит не говорить никому ни слова, мне проще действительно не говорить ни слова никому. Довольно и того, что все кому не лень читают мои мысли!
Цитаты из книги «Неуловимый Хабба Хэн»
Рябь на поверхности — не озера даже, но лужи талой воды на вершине огромного ледника — вот на что были похожи его чувства и эмоции.
Я когда-то тоже боялась любить некоторые крупные предметы и явления. Думала: а ну как не поместится в сердце и тогда оно разорвется? Глупости это все. Глупости.
Когда сновидец начинает пересказывать другим людям, открывшиеся ему тайны, тонкая связь с иной реальностью рвется под тяжестью не то слов, не то чужих сомнений: а вдруг все выдумал или хоть что-то для красоты присочинил? – и привет, прощайте, дивные видения.
Не падай духом и не сходи с ума. Побереги свою горячую голову. Неприятностей много, а ты один.
Иногда все-таки очень трудно быть человеком, особенно, если есть, с чем сравнивать.
Только перестав быть собой, получаешь шанс обнаружить себя. Хорошо, если это происходит внезапно — тем сильнее эффект, ощутимей встряска. Мне не раз доводилось слышать от сведущих, как я сейчас понимаю, людей, что наша личность — маска, карнавальный костюм. Поначалу я радовался красоте метафоры, потом отмахивался от этой идеи как от докучливой банальности. А казалось, что это сухая констатация факта, более-менее точное описание подлинного положения вещей, даже в каком-то смысле инструкция. Я понял это сегодня на улице, когда разнашивал чужую личность, как новые башмаки.
И это любопытно. Такого человека, каким я привык быть, нет и в помине, однако же наблюдаю за произошедшими переменами именно я. Только эта моя составляющая — назовем ее Наблюдатель — имеет вес и смысл, все остальное — набор карнавальных костюмов. И вольно же мне было довольствоваться до сих пор единственной сменой одежды. Какая потрясающая скупость, какая недальновидность!
Просто чем больше людей знает о тебе правду, тем труднее жить. Судьба быстро изнашивается, особенно если все эти люди крутятся где-то рядом и время от времени тебя видят.
— То есть тяжелый характер, скверное настроение и страх перед всем, что шевелится, — это и есть проявления жизни?
— Совершенно верно, — обрадовался он. — Это и есть проявления жизни, лучше и не скажешь.
… То есть делать дыхательные упражнения еще не перестал, но начал подумывать, что сэр Шурф, во-первых, зануда, во-вторых — исключительный зануда, а в-третьих, совершенно исключительный зануда.
Сговорились они все, что ли, рекламировать мне Очевидную магию в качестве идеального пятновыводителя?!
Привычка — ржавчина, которая разъедает металл всякого драгоценного оружия. Самая опасная вещь во Вселенной.
Трусливый ум и богатое воображение плохо уживаются с храбрым сердцем.
— А теперь, — так же мягко продолжил мой друг и мучитель, — скажи мне, пожалуйста, ты сегодня не читал утренний выпуск «Королевского голоса»?
— Нет, не читал, — ласково, в тон ему ответствовал я. — Кроме того, сегодня я не читал «Суету Ехо», все восемь томов Энциклопедии Мира, полное собрание сочинений поэтов эпохи Халы Махуна Мохнатого, «Маятник вечности», свод философских комментариев к кодексу Хрембера, и это, поверь мне, далеко не полный список.
Воспоминания хороши, когда у тебя кроме них ничего не осталось, ну или вот, как сейчас, когда нужно развлекать байками тёплую компанию.
.. а нам позарез требовался своего рода филиал собственной кухни, уютное местечко, куда можно прийти поужинать в конце трудного дня, кутаясь в домашние лоохи, сесть в самом дальнем и темном углу, тереть кулаками слипающиеся глаза, уткнуться носами в меню, и без того вызубренное наизусть, шептаться, сплетничать, целоваться украдкой и шутливо препираться из-за сущих пустяков, не рискуя при этом нарваться на собеседника, ради которого хочешь не хочешь, а будь любезен, потрудись придать лицу осмысленное выражение, а речи — связность.
Кому не понравится жить, приплясывая на кончиках пальцев от нетерпения, как хмельной танцор в начале карнавала?
Самое милое дело — дрыхнуть до полудня. Или дольше. Пока пинками из постели не погонят.
Не самое драгоценное и необходимое приносится в жертву, а то, что лишь кажется драгоценным и необходимым, а на самом деле – лишнее. Только мешает. Когда жертва приносится должным образом, жертвующий поступает, как искусный скульптор, отсекая всё лишнее от каменной глыбы. Ваяет себя. Достойное занятие — вне зависимости от конечного результата.
Опыт — единственное имущество, которое никуда от тебя не денется.