Цитаты Джейс Вейланд

Меня всегда забавляли признания в любви, особенно если она безответная.

Моя вина, моя величайшая вина.

Лёгок спуск в ад.

— Ну вот, сейчас ты подойдешь ко мне, сорвешь с себя рубашку и приложишь мне ее к ране.
— Слушай, если хочешь, чтоб я разделся, просто попроси!

— Когда мне было девять, отец подарил мне сокола. Велел научить его подчиняться — на птицу положено надевать колпачок, чтобы она ничего не видела, но я только гладил сокола, разговаривал с ним, завоевал его доверие, я сумел его приручить. Я пришёл с ним к отцу, думал, он похвалит меня, но он сказал: «Я велел научить сокола слушаться, а ты научил его любить, ты не приручил, а искалечил его». Он взял сокола и свернул ему шею, я проплакал всю ночь и больше не плакал никогда.
— Ты простишь его когда-нибудь?
— Он хотел сделать меня сильнее.

Если назвать электрического угря резиновой уткой, он в неё не превратится.

— Ты думаешь, что виноват во всех бедах, постигших твою семью и друзей.
— Я действительно в них виноват.
— Ты прав.
— Да?
— Разумеется, ты причинил им вред ненамеренно. Но мы с тобой одинаковы — мы отравляем и губим всё, к чему испытываем любовь. И тому есть причина.
— Какая же?
— Наше предназначение — служить высшей цели, не отвлекаясь ни на какие соблазны. Забыв о служении цели, мы несём справедливую кару.

— К несчастью, единственная моя любовь — это я сам.
— Зато можно не беспокоиться, что будешь отвергнут.
— Время от времени я выношу себе мозг.

— Ты даже не удосужилась позвонить, не сообщила, где находишься… а сама шлялась с крашеным блондинчиком, косящим под гота! В «Адском Логове» подцепила? Я три дня с ума сходил, боялся, что ты погибла.
— Я не шлялась! — Клэри подумала с облегчением подумала, что в сумерках её покрасневшие щёки не заметны.
— Между прочим, цвет волос у меня натуральный — добавил Джейс. — Для сведения.

Несчастны лишь те, у кого нет цели.

Есть Бог, нет Его — не так уж важно: в любом случае мы сами по себе.

Но дело в том, что иногда ты нуждаешься в защите. А иногда и я. Мы должны защищать друг друга, но не от всего. Не от правды. Это значит любить кого-то, но позволять быть самим собой.

— Я никогда тебя не оставлю.
— В независимости от того, что случиться?
— Я никогда не сдамся. Никогда. То, что я чувствую к тебе… Важнее этого я ничего не чувствовала. (– Я никогда не уйду.
– Что бы ни случилось? Что бы я ни сделал?
– Я тебя не оставлю. Никогда. К тебе я чувствую… – Клэри запнулась. – Ничего главнее у меня в жизни не было и не будет.)

Кто мы друг для друга. Это как будто часть моей души навсегда пропала, но это часть внутри тебя, Клэри. Я помню, как ты сказала, что существует Бог или нет, мы сами творим свою судьбу. Но когда я с тобой, я точно не Бог.

Мое сердце — это твое сердце, — ответил он. — Мои руки — твои руки.

Любовь — это величайшая сила в мире. Она способна на все.

Если ты умрешь, я не захочу жить. Но я не покончу жизнь самоубийством, ведь что бы ни ждало нас за порогом смерти, я хочу быть там с тобой. И если я убью себя, я знаю, ты никогда не заговоришь со мной снова. В любой жизни. Поэтому я буду жить и пытаться что-то сделать в своей жизни, пока снова не смогу быть с тобой. Но если я причиню тебе боль, если я стану причиной твоей смерти, не останется ничего, что бы смогло удержать меня от уничтожения самого себя.

Поэтому я вижу, кто я есть, в твоих глазах, и стараюсь быть этим человеком, поскольку ты веришь в него, и я считаю, что веры может быть достаточно, чтобы сделать из меня того, кого ты хочешь.

Я только знаю, что существует вера, и что я не заслуживаю верить. А затем появилась ты. Ты изменила все, во что я верил.

Я люблю вашу дочь больше, чем когда-либо думал, что можно любить что-нибудь.