Господи, так хочется поваляться на диване, а надо вставать и напяливать парадное платье. Любовь любовью, но Марк — огромная нагрузка для моего гардероба.
Цитаты Мэри Энн Шеффер
Меня потрясало тогда и потрясает сейчас, что люди, как правило, заходят в книжные магазины, толком не зная, что им нужно. Просто роются на полках в поисках чего-нибудь занимательного. А потом — они ведь умные и не верят издательским рецензиям — задают продавцам три вопроса: 1) О чём это? 2) А вы сами читали? 3) И что, понравилось?
Маркхэм В. Рейнольдс, кавалер с камелиями, наконец материализовался. Представился мне, осыпал комплиментами, пригласил на ужин — и не куда-нибудь, а в «Кларидж». Я с царственной небрежностью согласилась («Кларидж»? Да-да, слыхала про такой), а потом целых три дня страдала из-за своей прически. Хорошо, что у меня есть прелестное новое платье, я хотя бы сэкономила на страданиях, что надеть.
Он создан не для работы, а для того, чтобы выдавать толстые пачки денег за ее выполнение.
И началось. Я выступила с речью: никто не выйдет замуж за человека, для которого главное счастье в жизни — лупить чем попало по птичкам и мячикам. Роб парировал: мегера, синий чулок. Ну, в таком духе. Любовь стремительно покатилась под откос. Пожалуй, единственной нашей общей мыслью было: «О чем, черт возьми, мы столько говорили целых четыре месяца?» Действительно, о чем?
Но странное дело, до чего люди зациклены на еде. Полгода на репе и редких кусочках хрящика — и ты уже не способен думать ни о чем, кроме нормального ужина.
Я подсчитала, что обручена всего сутки, но, кажется, в эти двадцать четыре часа только и начала по-настоящему жить. Подумай! Мы могли вечность мечтать друг о друге, притворяясь, будто не замечаем друг друга. Мы все так зациклены на достоинстве, что готовы жертвовать ради него счастьем.
Для меня рыться на полках книжных магазинов — высшее наслаждение. … где непременно обнаруживается та единственная книга, что была мне нужна, плюс еще три, о необходимости которых я не подозревала.
Он так отчаянно нуждался в отдыхе, что судьба оказалась вынуждена сломать ему ногу!
Твои вопросы деликатны, тактичны — и очень напоминают удары дубиной по голове.
Правила установили на всё — это делай, того не делай, — но постоянно их меняли и все хотели казаться добренькими, будто морковкой трясли у осла перед мордой. Только мы-то не ослы.
Джулиет позволила себе высмеивать безупречный вкус нашей любимой (пусть и покойной) королевы Виктории. Вы, несомненно, знаете мемориал, который наша монархиня возвела в память об обожаемом супруге принце Альберте. Это жемчужина Кенсингтон-Гарденз — памятник не только дорогому усопшему, но и идеальному чувству стиля королевы. Однако Джулиет осмелилась аплодировать министерству продовольствия за приказ обсадить мемориал зеленым горошком — по её мнению, видите ли, лучшего пугала, чем принц Альберт, не сыщешь во всей Англии.
Немецкое правосудие было настолько иррационально, что предугадать, какое наказание за каким преступлением последует, не представлялось возможным.
В коробке нет отверстий для воздуха, значит, там точно не хорёк. Или?.. О господи! Дохлый хорёк?
Мёртвая невеста — игра несложная, примерно как змеи и лестницы, правила проще некуда. Невеста закутывается в кружевную занавеску, прячется в корзине для белья и лежит как мёртвая, а несчастный жених её ищет. Обнаружив любимую мёртвой в корзине для белья, он начинает громко рыдать. Тогда и только тогда невеста выпрыгивает из корзины с криком «Сюрприз!» и бросается ему на шею. Все радуются, улыбаются, целуются. Хотя лично я считаю, что их брак обречен.
Пляжи разминировали — гуляй не хочу. Если встать на утесе лицом к морю, не видно ни уродливых цементных бункеров за спиной, ни облысевшей, лишенной деревьев земли. Испортить море оказалось не под силу даже немцам.
Иными словами, ищи инвалидное кресло, костыль, ослика, что угодно, и срочно возвращайся домой.
Как я могла думать о браке с ним? Один год в роли его жены — и я бы превратилась в смиренную идиотку из тех, что испуганно смотрят на мужа, когда к ним обращаются с вопросом. Всегда таких презирала, но теперь понимаю, как легко до этого дойти.
… жизнь — выгребная яма, где люди бултыхаются как могут; зло ищет человека и непременно находит.
Миссис Уинслоу Доббс прочитала главу из собственной автобиографии под названием «История жизни и любви Делии Доббс». Все слушали внимательно — но после молчали. Кроме мистера Уинслоу. Он хочет развода.