Именно мы сами создаём воздействие на себя, придавая ему некое значение. И в то же время мы воздействуем на окружающий мир, так как порождаем словами образы и чувства у других людей.
133 красивые цитаты про влияние
Все это — мои личные переживания, но они объеденные крайне претенциозной идеей записи… она должна была… и стала чем-то вроде устаревшего концептуального альбома времён 70-х. В нём нашли отражение записи очень на меня повлиявшие — Low Дэвида Боуи и даже The Wall, я уверен, что позаимствовал кое-что у Pink Floyd. По правде говоря я точно это знаю… Пусть эти записи сейчас и могут показаться кому-то устаревшими, меня они восхищают гораздо больше, чем что-нибудь вроде: «Вот мой видеоклип, вот моя танцевальная песня, вот моя пауэр-баллада». Вся эта доступность. В моём случае это просто — я, скучающий, пытающийся что-то придумать, установить рамки, в которых мне хотелось-бы работать, короче сконцентрироваться.
Историю творят прилежные люди, которые хорошо знают цену времени.
Цените людей, которые положительно влияют на вас.
Словом можно понять,
Словом можно любить,
Слово можно сказать,
А потом позабыть… Слово, как молния:
Сверкнёт-не заметишь,
То, что стало историей
В миг оклевещешь. От слова страдают,
Из-за слов убивают,
Словами прощают,
Но не оживляют…
Если вы делаете какую-либо работу, не надо останавливаться на полпути…. Я вспоминаю, как отец говорил мне каждый раз, когда я хотел погулять после школы: «Каждое испытание, каждая викторина, каждый разговор с учителем, всё это влияет на твою жизнь не только в колледже, но и в целом на всю твою судьбу. Все эти маленькие кусочки складываются во что-то единое и значительное!»
За три часа, проведенных с Алленом, я имел возможность увидеть, кажется, все его маски и лица: Гинзберга-классика, Гинзберга-профессора, Гинзберга-пророка, моралиста и идеолога, кликуши и юродивого, домашнего Гинзберга, истеричного, обиженного, возмущенного, занудного, увлеченного, оголтелого, похотливого Гинзберга, Гинзберга-пидора, педофила, садо-мазохиста, эксгибициониста, еврея и буддиста и еще множества других гинзбергов, теснившихся в этом тщедушном старческом тельце, перебивавших друг друга и так и не давших мне возможности задать те вопросы, которые я хотел задать. Я чувствовал себя не то студентом-двоечником на экзамене у придирчивого педагога, не то подростком, которому посчастливилось встретить Живого Кумира, не то Красной Шапочкой, пришедшей повидать свою бабушку, а вместо нее заставшей Волка, не то кроликом в пасти этого удава, не то удавом в пасти этого кролика. Я уходил от Гинзберга подавленный и осененный.
Если мы освобождаемся от одного влияния, мы становимся рабами другого.
Если я и научился чему-то за свою жизнь, то это тому, что деньги и вся эта ерунда — совершенно бессмысленные вещи. Нет, конечно, это очень важная вещь, потому что это часть мира, в котором мы живём. Но всё то, что можно получить за миллион долларов, никогда не приблизится по значимости к влиянию, которое может оказать человеческая жизнь на окружающих людей.
Никогда не считайте бесполезным подчиняться влиянию, которое может пробудить в вас благородные чувства.
Немцы очень щепетильно относятся к своей истории и к тому, как их видит остальной мир — что-то вроде „О, весь мир теперь будет думать, что мы едим людей“. Это абсурд. То же и с насилием над детьми в Америке — никто не думает, что все американцы педофилы, но искусство и музыка должны отражать самые серьезные проблемы в обществе.
К несчастью, подавленные эмоции не умирают. Их заставили замолчать. И они изнутри продолжают влиять на человека.
Довольно трудно ответить на вопрос, что или кто именно тебя вдохновляет, иногда идеи приходят ниоткуда. Я исхожу из того, что в одной точке должны сойтись две линии — то, что нравится тебе, и то, что нравится твоим поклонникам. А если говорить об академической музыке, то я очень люблю Чайковского. Возможно, это как-то влияет на мои мелодии.
Вы понимаете, что стали оказывать влияние на людей, когда они начинают замечать ваше отсутствие больше, чем присутствие других.
Тиран умирает, и его могущество кончается, мученик умирает, и его могущество начинается.
Пытаться влиять на многое можно до тех пор, пока не поймёшь, как мало от тебя зависит.
Когда мы пытаемся повлиять на выборы в других странах, или даже когда мы хотим свергнуть чужое правительство, мы делаем это в интересах граждан этих стран.
США инвестируют в Латинскую Америку огромные деньги, но у них не получилось то, что мы сделали без единого цента. Мы меняем их язык, их музыку, их еду, их любовь, их образ мыслей. Мы влияем на Соединенные Штаты так, как они хотели бы влиять на нас.
Настоящая музыка и мода — вещи несовместимые. Я вообще редко слушаю новые группы. Чаще они слушают меня… Иногда такие ребята приходят ко мне со словами: «Вы оказали очень большое влияние на нашу музыку!». А я не понимаю, что это значит. Мы ни на кого не стремились оказать влияние — просто играли нашу музыку. Всегда советую и другим придерживаться такого же подхода к творчеству.
— Теперь, когда вы стали членом парламента, ваше имя само по себе имеет вес. Ох, не кривитесь, это правда, хотите вы того или нет. Многие наверняка хотят заполучить ваше имя для своих предприятий.
— Я теперь как богатая наследница – подозреваю корыстный интерес в каждом ухажере…