Сказать «надеюсь, к счастью» или удивиться?
357 красивых цитат про встречу
Сынок, смотри. Все мы умрем, правда. Останется только приятное общение. Весь мир вертится вокруг него. Я приму вас своим «сладким» общением. В этот раз пусть будет так.
— Война эта рано или поздно окончится и я вижу наперед все, что ожидает каждого из нас: Арамис покинет этот суетный мир, станет аббатом.
— О да, сударь. Мир — это склеп.
— Портос вернется домой, женится, жена будет давать ему деньги по воскресеньям и родит ему, между прочим, четырнадцать детей!
— Таких маленьких, кругленьких, обаятельных Портосиков.
— Д’Артаньян станет маршалом, конечно, и уйдет на пенсию, до этого совершив немало подвигов.
— Почему бы нет? Ну а вы, дорогой Атос?
— А я… а я поселюсь в каком-нибудь маленьком домике в Руссильоне.
— Так что, значит, больше мы никогда не встретимся вместе?
— Встретимся, друзья мои, обязательно встретимся!
— Когда же?
— Двадцать лет спустя.
— А может быть, десять?
— Или через три-четыре столетия!
— Эй, ребята, почему бы нам не встретиться лично, чтобы обсудить это?
[молчание всех согильдийцев]
— Физически? Лично?
— Ну… Забу тут и я точно не знаю, что мне с ним делать. Кроме того, мы — местная гильдия. Встретиться будет просто! Вообще, почему мы не встречались раньше? Ну, наверно, потому, что мы слишком много играли за компьютером, но некоторое время, вдали от клавиатуры, пошло бы нам на пользу. Клэр, вот ты когда последний раз выходила с кем-то старше четырёх лет?
— В смысле? До того, как я стала порождать потомства? О-о-о… Давайте сделаем бранч! Я обожаю блины!
— Но нам надо что-то делать с Блейдзом и его проблемным поведением. Видеть друг-друга будет только отвлекать, и кроме того… я не хочу.
— Ты можешь набросать на повестку дня.
— На самом деле у меня есть подходящий шаблон для ворда.
— Тинк?
— Ни за что. Вы мне нравитесь такими, какие есть, нарисованные персонажи, которые позволяют мне ощутить чувство достижения в воображаемом мире.
— 50 золота в игре.
— Я с вами. Итак, когда? В следующие выходные?
— Где же Ворк?
— Мм, а чем он занимается?
— О, он воин! Знаешь, со скиллами в обработке металла..
— В реальной жизни, Забу! А что насчет вон того типа?
— Тот лысый?
— Да.
— Хм, я никогда не представляла себе Ворка лысым — он такой уверенный за микрофоном.
— Разве нельзя быть лысым и уверенным?
— Ну… мм… твой скальп постоянно снаружи.
— Как вам понравилось жилище бедного мустангера?
— Я в восторге…
— Одинокая хижина.
— Одинокая? Я бы не сказала.
— Вы, наверное, встретили моего друга, Зеба Стампа? Старый охотник. Добрая душа… Он иногда привозит мне дичь.
— Старый охотник? Если у него прекрасные черные глаза и волосы до плеч, и великолепная маленькая ножка, и чудный бархатный голосок.
— Я желал бы больше с вами не встречаться.
— Почему?
— Это бы означало, что вы избавились от своих проблем. Вы снова будете той, кого я знал — вельможной и прекрасной.
Второй вечер сиял. Насколько тосклив был первый, настолько ослепителен второй. Потому что в тот вечер мы предавались волшебным грезам. Ты еще помнишь, как я зашел за Тобой? Вечернее солнце бросало прощальные лучи на колокольню, играя на циферблате и стрелках золотых часов. Неторопливой волшебной походкой Ты шла мне навстречу – о, как я люблю Твою походку! Вечерняя заря неповторимо прекрасного дня бросала блики на Твои волосы, устилала нежным сиянием дорогу под твоими ногами. Снова в опускающемся вечере зазвучали мелодии – старые песни и мотивы. И затихающие звуки неожиданно рождали отклик в моей душе…
После всех встреч остаются раны.
Сегодня, он увидит не уставшую королеву, а ту, что ждала встречи с ночи с ним.
Встреча с Вами — дороже золота, но не в моем случае.
Я хочу тебя снова увидеть. И пусть у меня снова не хватит смелости поднять на тебя глаза, я всегда рада просто находится рядом с тобой, украдкой наблюдая за твоими жестами.
Приходит время, и ты становишься шелковой, льешься маслом, воплощаешься в сотнях драматургических форм. Каждый новый шаг завершает в тебе цикл миниатюр и расширяет тональность за рамки мажора/минора. Отныне любая условность остается ею, но совершенно безучастно. Настолько же одинокими остаются грохочущие аккорды мыслей, диссонансы и хроматичность событий. Строить гармонию в ее тональной непрочности — пожалуй, самое захватывающее и счастливое ощущение. Эта смелая находка позволяет мне подглядывать за своим будущим с улыбкой и украдкой, так тонко и по-женски. Приходит время, и ты становишься шелковой… Все так ясно и просто, в ладу и стане. Меня истинную не всегда можно отыскать и уж тем более удержать на время. Я не терплю чужих касаний, ровно как и взгляд коллекционеров изящных женских душ. Во мне так часто рвались струны, что к морским рассветам я научилась извлекать звуки как можно реже. Все нарушение правил, что постоянно соседствует с их соблюдением, свелось к высшему искусству быть в той точке, где звонко возвышаешься над контекстом.
Приходит время, и Он наконец тебя находит.
Выдержанно становится за твоей спиной, и за несколько минут в тебе обрушивается столкновение всех стихий. Чувства пробуждаются и гаснут с одинаковой поспешностью, но в итоге ты уже тонешь в созвучных терциях, стараешься не лукавить, не выбрасываться откровениями настежь, и при этом от испуга снимаешь со своих жестов пену тишины и защитные тритоны. Приходит время, и ты становишься шелковой.
Каждое утро откликается смирением и чистотой. Он наконец тебя находит.
Ни упрёков, ни презрительного молчания — скомкав три года без единого звонка или письма, словно снежок, она размахнулась и забросила обиды как можно дальше.
Когда люди боятся потерять — гораздо сильнее, чем хотят найти — начинается великая повседневность.
— А люди в основном редко поднимают головы…
— Это и делает тебя исключительной! Быть может, твои глаза впитали небо, от того, что ты так часто смотришь на него? Когда я впервые увидел тебя, то сразу заметил воздушную легкость в них!
Я растворюсь в тебе, моя заря,
Умоюсь тёплыми лучами.
Слеза застынет каплей янтаря,
А голос мой стихами. То нахожу сей миг, то вновь теряю.
Брожу один во мгле немой.
Когда ты рядом, сердце тает,
И наполняется весной. Однажды душами сроднимся,
Ты тихо позовешь меня.
И в небе полуночном загорится
Созвездий новая семья.
Нам взгляд соединит
Заведомо направленный пунктир,
Через одну сплошную
Из толпы людей. Чтобы по встречной, неизбежно,
Объятиями разбиться друг о друга,
Отдав всю свою нежность,
Накопленную за момент разлуки.
Когда-нибудь в чужих глазах усталых
Мы сможем отыскать родные берега…
Но а пока за чередою взглядов талых
Лишь тени солнца и холодные снега…
Улыбка робкая при первой встрече,
Ты что-то тихо шепчешь мне глазами.
Вагон метро, обычный будний вечер.
Что чувствую, не передать словами… Запястья нежно обвивают мои плечи,
Мурашки по спине ударили картечью.
В том поцелуе была скрыта вечность,
Что вместе предстояло пересечь нам.