Я всегда презирал людей, которые бьют только тех, кто слабее или на кого укажет более сильный.
Цитаты из книги «Империя зла»
Если человек стремится во всех стычках выходить победителем, то явно выбирает слабее себя.
Красиво и возвышенно объясняет поступки тех, кто ему платит, умело и тонко может улыбнуться.
В России все еще остался аргумент кулака, а если дело серьезное, то и топора.
Худшие враги любого общества — это тупая масса, на которую рассчитывает любая власть. Которым до фени, кто ими будет править, лишь бы жрачки было вдоволь, по телевизору побольше каналов и чтоб секс без ограничений.
Сейчас каждый сам себе придумывает титулы.
Для того, чтобы убедить человека, вовсе не надо придумывать новые доводы. Надо чаще повторять одно и тоже.
Слабый имеет право на выбор оружия. А когда слабого собьют на землю и добивают ногами — может схватиться за палку, нож или пистолет, что попадет под руку.
Человек тем и велик, что стоя говорит одно, сидя — другое, а лежа — третье.
Похоже, войнам за обладание чужими территориями пришел конец. Их сменили войны за влияние.
Сейчас завоевывать чужие страны накладно: приходится брать за них ответственность. Гораздо выгоднее навязать им свою философию, разрушить их собственную культуру, принудить играть по тем правилам, в которых американцы исконно сильнее, ибо правил не признают.
Когда мир стоит на голове, то надо еще суметь убедить, что правильнее стоять на ногах.
Если чужая культура начинает подминать тебя, как танк, то ты вправе бросить под него гранату.
Крутые меры не ответ! Надо бороться аргументами, если ты прав, то скажи, переубеди…
Моде подчиняются охотнее, чем закону.
Мы сейчас решаем, каким быть будущему, при чем тут достоверность прошлого? Россия — страна непредсказуемого прошлого!
Человек, который в одной фразе сказал: «самый оптимальный», «другая альтернатива» и даже «две большие разницы», должен сидеть в углу и сопеть в тряпочку. Русский — это не национальность, а принадлежность к говорящим на русском. т. е. русскоязычным, как сейчас говорят косноязычные.
Мне мил любой приятель со студенческой скамьи, неважно, стал он президентом международного банка или слесарем.
Среди любого народа достаточно мрази, что помогает из рабской услужливости сильному.
Хам почти всегда берет верх над интеллигентом.