Цитаты из книги «Затмение»

За такое лицо любой мужчина в модельном бизнесе продал бы чёрту душу. Вообще-то, очень может быть, что именно столько это и стоит — одну душу.

— Ты хоть понимаешь, что ты на самом деле для меня значишь? Как сильно я люблю тебя?
— Я знаю, как сильно я люблю тебя, — ответила я.
— Ты сравниваешь одно маленькое деревце с целым лесом…

Моя кровь для него была так же желанна, как для алкоголика вино в сравнении с водой, её запах причинял ему реальную боль, порождая в его горле невыносимую, обжигающую жажду.

И тогда я поняла, что все было совсем не так: те магниты, которые я пыталась прижать друг к другу, это вовсе не Эдвард и Джейкоб, а две половинки меня — Белла Эдварда и Белла Джейкоба. Только ужиться вместе они никак не могли, так что не стоило и пытаться.

Хуже всего, что я видела, как это могло бы быть — всю нашу жизнь. И мне очень этого хотелось, Джейк, нестерпимо захотелось! Захотелось остаться здесь и больше никуда не уходить. Любить тебя и подарить тебе счастье.

Два будущих, две половинки — слишком много для одного человека! И так несправедливо, что я не одна за это расплачиваюсь. Страдания Джейкоба — непомерно высокая цена. Ужасно высокая…

— И если ты когда-нибудь ещё полезешь целовать её, я за неё сломаю тебе челюсть, — пообещал он своим мягким, бархатным и смертельно опасным голосом.
— А если она сама захочет? — подчеркнуто медленно заявил Джейк.
— Если она захочет, тогда я не буду против. Ты можешь ждать сколько угодно, пока она скажет это вместо того, чтобы правильно истолковать её действия и успокоиться — но, челюсть у тебя одна.

Страстное желание драться — за это, должно быть, отвечает игрек хромосома. Все мужчины одинаковы.

Во мне спорили два голоса: один, который хотел быть правильным и храбрым, и другой, который велел правильному заткнуться.

— Ты знаешь, почему мне пришлось сказать нет, — прошептал он. – Ты знаешь, что я тоже хочу тебя.
— Хочешь? – с сомнением прошептала я.
— Конечно, хочу! Ты глупая, красивая, гиперчувствительная девчонка. – Он рассмеялся, и затем тихо добавил:– Кто же тебя не хочет? — Как будто позади меня выстроилась очередь из соперников, дерущихся за место, только и ждущих, когда я совершу ошибку и предоставлю им шанс … — Ты слишком желанна.

— Это невыносимо. Столько много всего, что я хочу тебе дать – и вот то, чего ты решила потребовать. Ты хоть понимаешь, насколько мне больно отказывать тебе, когда ты меня так умоляешь?
— Тогда не отказывай, — еле дыша, предложила я.

Я не говорю «нет», — уверил он меня. – Я просто говорю — не сегодня.

Игра в шахматы между Эдвардом и Элис была самой забавной вещью, которую я когда-либо видела. Они сидели почти неподвижно, уставившись на доску, пока Элис предвидела ходы, которые сделает Эдвард. А он, читая ее мысли, выбирал ходы, которые она сделает в ответ. Они играли в шахматы большей частью в своих умах; я думаю, каждый передвинул по две пешки, когда Элис неожиданно положила своего короля и сдалась.

Если бы наши истории заканчивались хорошо, мы все лежали бы сейчас под могильными плитами.

Но, если когда-нибудь ты снова вернешь её с увечьями – мне не важно, чья это будет вина. Не важно, даже если она просто споткнется, или с неба упадет метеорит и стукнет её по голове – в общем, если ты вернёшь её мне не в том состоянии, в котором я её отпустил к тебе, ты станешь бегать на трех лапах. Ты усвоил, дворняжка?

— Но я — оборотень, — сказал он неохотно, и с очевидным отвращением добавил: — А он – вампир.
— А я – «Дева» по гороскопу! — раздражённо крикнула я. (— Но ведь я всё равно оборотень, — неохотно сказал Джейк. И с отвращением добавил: — А он остаётся вампиром.
— А я Дева! — заорала я, не выдержав.)

Мне плевать, кто оборотень, а кто вампир. Если Анжела, вдруг, окажется ведьмой, она тоже может присоединяться.

Я — нейтральная сторона. Я — Швейцария. Я отказываюсь быть втянутой в территориальные разборки между мифическими существами.

— Мне, правда, очень жаль, что так вышло с твоей рукой, — сказал Джейкоб, у него получилось почти искренне. – В следующий раз, если захочешь меня ударить, возьми бейсбольную биту или лом, хорошо?
— Не думай, что я забуду, — пробормотала я.

Я вернусь так скоро, что ты не успеешь по мне соскучиться. Позаботься о моем сердце – я оставляю его с тобой. (Я вернусь так быстро, что ты не успеешь по мне соскучиться. Побереги мое сердце: я оставил его у тебя.)