— Ночевать ты будешь в этом помещении.
— Здесь? С живыми книгами! Почему?
— В наказание. Ты хотел сожрать одну из них.
— Но я едва не умер от голода и жажды! Потому что ты бросил меня одного.
— Это не повод поедать моих подданных. Даже мысленно!
Цитаты из книги «Город мечтающих книг»
— Гм… ну надо же. И куда же мы пойдем?
— В подвал.
— В замке есть подвал?
— Конечно, — отозвался Гомунколосс. — В любом страшном замке есть подвал.
— В твоем подвале живет чудище?
— В любом подвале живет чудище.
— Воски Достей? — переспросил я. — Тот, кто писал уйму депрессивных романов про самокопание? У кого герой все спрашивал себя, человек он или тварь дрожащая?
— Да, брось, это большая литература! — возразил Гольго. — Просто нужно уметь ее выносить.
Не в том дело, как начинается рассказ. И не в том, как он заканчивается. А в том, что происходит между началом и концом.
Последние слова умирающего… и он жаждет поведать тебе кое-что сенсационное! Запомни этот прием! После такого никто книгу не бросит! Никто!
Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги. Так всегда было.
При помощи чтения умные люди избавляются от необходимости думать самим.
Толстые книги потому толстые, что у автора не было времени выражаться короче.
Заимствовать у одного писателя – кража, у многих – сбор материала.
Проблема в том, чтобы зарабатывать деньги — много денег! Нам не нужна великая, безупречная литература. Нам нужна посредственность. Барахло, хлам, массовый товар. Все больше и больше. Все более толстые книги ни о чём. В счёт идёт лишь проданная бумага, а не слова, которые на ней напечатаны.
Создавать книги ты ещё не можешь, а вот убивать их уже научился. Может тебе стоит стать критиком?
Разве не абсурд, что от хороших воспоминаний слёзы на глаза наворачиваются чаще, чем от дурных?
И потому для успокоения нам остается лишь природа. почти инстинктивно мы выходим из четырех стен, и в саду, в огороде, под шум листвы под звездами нам дышится свободнее — там у нас становится легче на сердце. Со звезд мы пришли, на звезды вернемся. Жизнь — лишь путешествие в неведомое.
Наверх. Я уже едва верил, что подобное направление вообще существует. В последнее время я хотел только наверх, но получалось лишь дальше вниз.
Любопытство — самая мощная движущая сила вселенной, ведь она способна преодолеть две её величайшие тормозящие силы — здравый смысл и страх.
Если книга способна меня захватить, я буду читать в самых неблагоприятных условиях.
И теперь я постиг тайну музыки, понял, почему она на голову выше всех остальных искусств: дело в ее бестелесности. Стоит ей отделиться от инструмента, она снова принадлежит сама себе. Она — обретшая независимость сумма звуков, невесомая, бестелесная, совершенно чистая и пребывающая в полной гармонии со Вселенной.
Многого добился тот, кому собственная жизнь напоминает полную бочку, а не пустое ведро.
В смехе в одиночку всегда есть толика отчаяния.