Понимание всегда расширяет зону ответственности, хотим мы этого или нет.
Цитаты из книги «Обжора-Хохотун»
С некоторых пор я и себе-то ничего толком объяснить не могу — притом что прекрасно все понимаю, пока дело не доходит до слов. Со словами у меня сейчас неважные отношения. Нужных мне, похоже, вовсе нет в природе, а прочие разбегаются врассыпную, когда я зову их на помощь.
Ни мятежный Магистр, ни ловкий контрабандист никогда не превзойдут в хитроумии обыкновенную городскую девчонку, которая втайне от мамаши копит деньги на покупку первой в своей жизни порции приворотного зелья.
… ответ на этот вопрос неведом даже Франку, который знает всё на свете (и кое-что во тьме)…
— Сколько всего сторон, в которые можно ходить?
— Четыреста восемнадцать миллиардов двести сорок пять миллионов семьсот двадцать три тысячи пятьсот восемьдесят шесть.
Когда берёшь причитающееся по праву, быть вежливым гораздо проще и приятнее.
Знавал я предусмотрительных людей, но и они не запасались наличностью, спускаясь к ужину в родительском доме.
Никогда не сталкивался с подобной реакцией. Дело не в том, что обычно все девушки вот так сразу бросаются мне на шею, — честно говоря, они могли бы делать это и почаще. Но убегать от меня, вереща и бранясь, до сих пор никому в голову не приходило. Я же не страшный совсем. И человеческий язык вполне понимаю. Мне можно просто спокойно сказать «нет» — и закрыть вопрос почти навсегда. То есть до следующей встречи.
Удивительная, оказывается, штука время. Стоит остаться без часов, под тиканье которых мы все движемся с более-менее одной скоростью, и тут же выясняется, что у каждого время свое, просто нечасто выпадает случай сравнить. Вот и в мои две с половиной минуты уместилась четверть Джуффинова часа. Интересно, это всегда так или только в экстремальных ситуациях? И если всегда, насколько же больше в таком случае он должен успевать? Уму непостижимо.
Вселенная, похоже, просто помешана на равновесии. Хлебом её не корми, дай всё уравновесить. Тьму светом, пустоту изобилием, вечность временем, а… – А всякое живое существо – Тенью.
Развлекать себя – это, можно сказать, главное дело моей жизни. Так уж я устроен.
Чем бы я ни занимался, я всегда одновременно наблюдаю за собой со стороны – натурально как зритель в театре. Вижу свои жесты, слышу реплики, оцениваю, сопереживаю. Но, увы, не могу ни уйти, ни даже отвернуться, когда представление мне не по вкусу. Зато могу вмешаться и на ходу перекроить сценарий, если, конечно, хватит ума и таланта угодить самому привередливому в мире зрителю – себе.
Мотаться туда-сюда без дела, цели, азарта и хорошей компании – дурацкая затея.
… И плакал тогда завтрак. С утра-то я ещё могу без него обходиться, но отсутствие завтрака после заката ставит под угрозу само моё существование.
Со мной можно не церемониться. Даже совершенно необходимо не церемониться, а то видишь, как выходит, если меня оставить в покое.
— И знаешь что? Если уж нет дождя, давай пойдём самой-самой длинной дорогой, чтобы… ну… ну…
— Чтобы не ждать вечера, а просто гулять? И прийти домой попозже обнаружить, что скопилась куча дел, непонятно, как всё успеть, зато глядеть на часы и волноваться будет некогда, да?
Существование само по себе ответ на всякий вопрос о смысле.
Возможно, однажды наступит день, когда ей самой покажется, что отношения между людьми, совместно сожравшими столько холодного мороженого, должны стать очень теплыми. Просто ради равновесия.
Люди невыносимо громко думают. И как правило, всякую ерунду.
Как и подавляющее большинство людей, я всегда очень боялся утратить память, полагая, будто способность помнить все, что со мной случилось, — это и есть я сам.
Мне всегда казалось, если уж тебя загнали в угол, имеет смысл сделать ставку на неизвестность.