Нас мучит не столько жажда счастья, сколько желание прослыть счастливцами.
Цитаты из книги «Максимы и моральные размышления»
Трудно любить тех, кого мы совсем не уважаем, но еще труднее любить тех, кого уважаем больше, чем самих себя.
Слабохарактерность ещё дальше от добродетели, чем порок.
Скупость дальше от бережливости, чем даже расточительность.
Чтобы упрочить свое положение в свете, люди старательно делают вид что оно уже упрочено.
Мы потому так непостоянны в дружбе, что трудно познать свойства души человека и легко познать свойства его ума.
Самые смелые и самые разумные люди — это те, которые под любыми благовидными предлогами стараются не думать о смерти.
Нам ненадолго хватило бы добрых чувств, которые мы должны питать к нашим друзьям и благодетелям, если бы мы позволяли себе вволю говорить об их недостатках.
Добродетели теряются в своекорыстии, как реки в море.
Почти всегда по отроческим склонностям человека уже ясно, в чем его слабость и что приведет к падению его тело и душу.
Как ни склонны люди к неправильным суждениям; все же несправедливость к подлинным достоинствам они проявляют реже, чем благосклонность к мнимым.
Мы лишь тогда осмеливаемся проявить неверие в силу и влияние небесных светил, когда речь идёт о делах несущественных.
Не так благотворна истина, как зловредна её видимость.
Счастье и несчастье человека в такой, же степени зависят от его нрава, как от судьбы.
Как ни злы люди, они все же не осмеливаются открыто преследовать добродетель. Поэтому, готовясь напасть на нее, они притворяются, будто считают ее лицемерной, или же приписывают ей какие-нибудь преступления.
Глупец не может быть добрым: для этого у него слишком мало мозгов.
Мы не предаёмся всецело одному пороку чаще всего лишь потому, что у нас их несколько. (Всецело предаться одному пороку нам обычно мешает лишь то, что у нас их несколько.)
Желание прослыть ловким человеком нередко мешает стать ловким в действительности.
Люди хвалят или бранят чаще всего то, что принято хвалить или бранить.
Дарования, которыми господь наделил людей, так же разнообразны как деревья, которыми он украсил землю, и каждое обладает особенными свойствами и приносит лишь ему присущие плоды. Потому-то лучшее грушевое дерево никогда не родит даже дрянных яблок, а самый даровитый человек пасует перед делом хотя и заурядным, но дающимся только тому кто к этому делу способен.