Он глубоко дышал и наслаждался самым крепким ароматом, который только есть на земле, – ароматом свободы.
Цитаты из книги «Возлюби ближнего своего»
То, что повторяется часто, уже не может болеть так сильно.
Но разве есть маленькие слова для выражения маленьких чувств, гложущих человека, раздирающих его в клочья?
— Откуда вам известен этот трюк? Вы профессионал?
— Нет, любитель. Но я рад вдвойне, что заслужил похвалу профессионала.
И это все из-за того, что его и скучающего чиновника за письменным столом разделяла бумага, называемая паспортом. У них одна и та же температура тела, их глаза имели одно и то же строение, их нервы одинаково реагировали на одно и то же раздражение, их мысли текли по одним и тем же руслам, и все-таки их разделяла пропасть-ничего не было у них одинакового: удовольствие одного было мучением другого, один обладал всем-другой ничем; и пропастью, которая разделяла их, являлась эта бумага, на которой ничего не было, кроме имени и ничего не значащих данных.
Любое положение лучше, чем война.
Жестокий век. Мир завоевывается пушками и бомбардировщиками, человечность — концлагерями и погромами. Мы живем в такие времена, когда все перевернулось, Керн. Агрессоры считаются сейчас защитниками мира, а те, кого травят и гонят,-врагами мира. И есть целые народы, которые верят этому!
Я бы хотел, чтобы сейчас разверзлось небо, и появился самолет, и мы улетели бы на остров с пальмами и кораллами, где никто не знает, что такое паспорт и вид на жительство.
Когда рядом кто-то умирает, ты этого не чувствуешь. Вот в чем горе жизни. Сострадание — скрытое злорадство. Оно как вздох облегчения. Ведь мучаешься не ты, и не тот, кого ты любишь.
История искусства — это история страдания тех, кто её создавал.
Любовь и месть трудно уживаются друг с другом.
Молчать! Здесь вам не бордель, а приличная государственная тюрьма!
Злые люди более твёрдые, они дольше выдерживают.
Женщины совсем не хотят быть понятыми.
Мужество — лучшее украшение молодости.
— Давайте веселиться! Жизнь скоро кончится, и будем ли мы радоваться или горевать — все равно ни за то, ни за другое нам потом не заплатят.
Давай купим шелковой бумаги и сделаем из неё роскошные абажуры. Будем изучать за этим столом французский язык и смотреть на кусочек неба — вон там, над крышей. Будем спать в этих кроватях, считая их лучшими на свете. Проснувшись, будем подходить к окну, и тогда даже этот грязный двор покажется нам полным романтики, ибо это парижский двор.
Все марки туалетной воды одинаковые. Хороши лишь те, которые побольше рекламируют. Вот вам и весь секрет.
— Скажите, вы ещё верите во что-нибудь?
— О да! Я верю в священный эгоизм! В безжалостность! В ложь! В косность человеческого сердца!
Человек без паспорта — всё равно что труп в отпуске.